Наркотики и алкоголь довели до того, что он убил свою мама. Катастрофа произошла одним летним деньком одиннадцать годов назад, но история, которая к ней привела, началась за длительное время до рокового момента. Съемочная группа побеседовала с Дмитрием, осужденным ИК №2, о том, к чему приводит употребление.
– Меня зовут Дмитрий. Мне 36 лет. Я отбываю наказание за лишение жизни. Осужден на 18 лет усиленного режима. Распределили меня в исправительную колонию №2 городка Бобруйска. Сделал лишение жизни самого близкого мне человека, моей матери.

Дмитрий длительное время употреблял наркотики. Естественно, домашние пробовали его прекратить. Сам заключенный сообщает, что был глуповатым ребенком, которому казалось, что он все делает верно, потому советов он не слушал.
– Первый раз я попробовал в ранешном возрасте, мне было 15 лет. Это были сейчас томные наркотики, укололся опием. Понравилось. Поглотил в себя идеологию, что это любопытно, отлично и круто. Можно сказать, свято веровал в то, что это мне поможет стать взрослее и устойчивее, сгладит какие-то мои недочеты. Как указывает опыт, это была фикция.

В то время Дмитрий жил с матерью и старшим братом (разница – 4-е года). Сообщает, что никогда не ощущал, что его ячейка общества неполная, ведь мать воспитывала малышей подобающе. Она работала торговцем канцелярских продуктов при институте, брат – на мебельной фабрике.

– С братом были отличные чувства, он тоже кое-где присматривал за мной. Позже, когда своя ячейка общества появилась, раздельно начал жить, виделись пореже. Я отучился в институте брестском, работал в строительной сфере. Полностью эффективно устроился. 1-но время тоже работал при институте в строительной группе. Временами увлекался легкими наркотиками, баловство: покуривал траву, кое-где испить, сигаретку.

Зависимость приходит невидимо, разъясняет Дмитрий. Сначала, чтоб повеселиться – сходить в клуб, испить и покурить, он выбирал выходные либо свободное от работы время. Но вскоре ему стало надо испить, чтоб отправиться на работу.

– Дрался, бывало. Был период, что привлекался по хулиганке. Истина, все протекало успешно. Все маскировалось: я употребил наркотик, испил, пришел домой, произнес, что выпивший, и все сгладилось.

Но скрывать длительно не вышло. Стали приметны проколы, поменялся наружный вид, начались суровые дискуссии. Близкие узнали срок потребления и забили тревогу. В том числе обратились в наркологический центр, чтоб юный человек прошел медикаментозное исцеление.

Хотя, исцеление он проходил, но на стационар не уехал. Как на данный момент считает, это было ошибкой. Ведь там, где он жил, Дмитрий знал все точки, где можно купить наркотики, всех людей, которые их ему могли реализовать. Ну и сам для себя мог подготовить. Так что наряду с исцелением в реабилитационном центре юный человек… продолжал использовать.
– Когда употреблял опиаты, были ломки. Приходилось находить, готовить и использовать. Я увеличивал свои “аппетиты” и не развивался по социальной лестнице. Все, кто был со мной до потребления, ушли неблизко вперед. Я остался на уровне окружения, таких же наркоманов. Никакого развития, легко стоял на месте.

Собственный стиль жизни в то время Дмитрий обрисовывает так: встал и отправился на поиски. Но не чем заняться либо где заработать, а где отыскать, чтоб употребить. Если не было наркотиков, пил алкоголь, если не было спиртного – употреблял наркотики.

– Мать реагировала чрезвычайно отрицательно. Она сама никогда не позволяла для себя ни пить, ни курить, постоянно подавала хороший пример и добивалась этого от нас. Отца не было, у меня не было такового, как сказать… престижа. Я позволял для себя ослушаться. Мать всегда проводила со мной воспитательные мероприятия, в главном – дискуссии. С течением времени дискуссии переросли в скандалы.

“Дети с нами до утра”. Белоруска родила младшего отпрыска в колонии, и ах так они живут

В это время Дмитрий начал уходить из дома – когда на 3-и денька, а когда и на неделю. В отчаянии мама звонила старшему отпрыску, просила посодействовать. Он временами приезжал, пробовал воздействовать. Но все это уже не работало.

– Я все равно уходил и начинал использовать. У друзей жил, таких же наркоманов.

В 2012 году появились курительные консистенции – особо небезопасные психотропы, спайсы. Дмитрий опять оказался на лечении и опять не уехал. И продолжал использовать. Дома об этом узнали спустя шесть месяцев, и снова начались дискуссии и скандалы.

– Днем 28 июня 2013 года, – дату мужик именует без запинки, – мать начала интересоваться, не причастен ли я снова к употреблению наркотиков. Я вел закрытый стиль жизни, она заподозрила.

За шесть месяцев на спайсе Дмитрий стал очень запальчивым, проявлял злость в ответ на любые замечания. Из его слов, мог сказать маме что-то непреличное, посылал куда подальше всех и вся. Скандалы разрастались.
– Меж мной и матерью произошел очередной кризис. Она расспрашивала про употребление, я ей начал резко излагать, и она попробовала остановить меня, стукнула. Я отмахнулся, задел ее и ушел от конфликта на балкон.

Чтоб расслабиться, Дмитрий употребил еще. То, что случилось далее, он помнит неясно.

– Помню, снова начались претензии, что снова курю. Дома были совместно. Помню скандал, помню, как отмахнулся от нее, стукнул. Как в ужасном сне что-то случилось. Меня повело, я свалился и немного начал приходить в себя. Обернулся… Ножик лежал близко, я весь в крови, и она вся в крови. И я сообразил, что сделал лишение жизни. Когда я ушел с места злодеяния, начал вспоминать, где мне нужно явиться и посетил эти места. По возвращении домой… Ее прежде нашли.

Коллеги матери Дмитрия забили тревогу, когда не вышла на работу. Пробовали ей звонить, но никто, естественно, не поднял трубку. Не ответили и сыновья. Смогли связаться только сестре, тете нашего героя. Приехали домой и нашли тело.

– Начали разыскные мероприятия, отыскали брата и вызвали его. И меня, конечно, начали находить. Произнесли, может, на работе либо еще кое-где. Позвонили на работу, там ответили, что я не так давно вышел. И по пути домой меня узрели. Легко подъехал работник патрульно-постовой службы, поинтересовался ФИО и попросил подождать служащих уголовного розыска. Они меня и задержали. Я сейчас сознался. Была порезана рука, спросили где – я ответил, что не помню. Мне оказали первую мед подмога, привели на допрос. Я написал чистосердечное. Повинет вполне я. Мое поведение, стиль жизни привели к конфликтам.

Что случилось далее? Смотрите в видео .

| Подготовлено по видео . Снимки экрана видео.

Похожие записи